Культурный слой вместе с уникальными находками может скрывать серьёзное уголовное наказание.

С 25 августа в России ужесточается наказание за нелегальную археологию. Любой человек, нашедший объект, имеющий археологическую ценность, на территории памятника, которому больше ста лет, может получить до шести лет тюрьмы за нелегальную археологическую деятельность. В Иркутске, где существует настоящее сообщество кладоискателей, изменения в законодательстве нашли отклик. Дмитрий Бабошкин пришёл во вторник в пресс-центр «АиФ», чтобы понять, какие оценки нововведениям ставят заинтересованные лица.

Самодеятельные археологи утверждают, что новая поправка не принесла ничего нового, кроме уточнения определения культурного слоя. По словам председателя общественной организации «Форум приборного поиска России» Рудольфа Кавчика, раньше культурным слоем считались находки, относящиеся к прошлым эпохам, понятие было немного бесформенным. Теперь культурный слой – это объекты, возраст которых насчитывает больше 100 лет. «Отныне даже огородник, нашедший на своём участке какой-либо предмет, представляющий археологический интерес, может быть причислен к нарушителям, – уточнил Кавчик. – Как правило, подобные участки выдают с согласия археологов. Однако после вступления в силу новой поправки, по идее, должны быть пересмотрены все огороды, приусадебные участки и проведены сохранительно-археологические работы, чтобы вытащить из земли все предметы, которым больше ста лет».

Почему именно сто, не знают даже вполне официальные представители. В их числе – кандидат исторических наук, эксперт Росхранкультуры Минкультуры РФ по археологии Евгений Инешин. Зато он убеждён, что деятельность археологов-нелегалов должна наказываться.

Эксперт пояснил, что культурным слоем являются любые, не обязательно сохранившие своё естественное геологическое строение отложения, в которые упакованы предметы прошлой жизни.

– Сейчас довольно редко сохраняются недвижимые отложения по причине землетрясений, наводнений и тому подобного, – сказал он. – Профессионалы находят их во вторичном контексте, то есть в окружении. А это окружение зачастую может представлять большую археологическую ценность, чем сама находка, ведь оно несёт две трети информации о найденной вещи. И вред самодеятельной археологии в том, что изымается эта вещь, но фактически не исследуется и уничтожается её контекст.

По словам Евгения Инешина, действия любителей, которые находят уникальные артефакты, обладающие большой ценностью, продают их, зарабатывая на этом, лишая человечество общего достояния, относятся к криминальным. Это происходит вне правового поля, подчеркнул историк.

А вот главный редактор федерального издания «Кладоискатель. Золото. Клады. Сокровища» Алексей Елизарьев считает, что неправильно ставить знак равенства между человеком с металлодетектором и человеком, грабящим археологические памятники. «Скифский курган обворовали ещё до появления металлодетекторов, да приборами там всё равно ничего не найти, так как они действуют на небольшой глубине. Теперь же человек с металлодетектором нарушает статью 243, часть 2 и подходит под указанное определение преступника», – заявил журналистам Елизарьев.

Однако люди, которые обворовывают захоронения, всё равно будут продолжать это делать, как делали это раньше, до новой редакции закона, считает он. Но теперь у правоохранительных органов по-явилась лёгкая жертва. «Выбрался человек с семьёй, взял прибор, показывает детишкам железки, например, на реке Куде, – он жертва нового закона, – говорит Алексей Елизарьев. – Так что люди, которые всю жизнь соблюдали закон, попали в число серьёзных преступников».

Однако Евгений Инешин с этим мнением не согласился. «По такой логике можно отменить, например, закон об уголовной ответственности при изнасиловании, мол, всё равно же насилуют, – заявил он. – Так и здесь: люди всё равно что-то ищут, копают. Конечно, ни один закон не решает проблему полностью, но он приводит явление в определённые рамки».

Незнание закона не освобождает от ответственности, пытаются рассудить стороны юристы. «Если вы идёте умышленно изымать археологические предметы и нарушаете или уничтожаете культурный слой, что будут оценивать эксперты, то, конечно, вы понесёте наказание», – считает адвокат Октябрьской коллегии адвокатов Иркутска Евгения Кондратенко.

Согласно статье 227 ГК, находку необходимо предъявить собственнику, которым является либо нашедший, либо муниципальное или федеральное учреждение (всё зависит от того, кто владелец земельного участка), говорит юрист. Такая процедура не обязательно должна сопровождаться походом в мэрию или региональное правительство, достаточно сообщения. «Это делается для того, чтобы органы местного самоуправления или правоохранительные органы нашли собственника. Если же за полгода его не нашли, вы можете спокойно обратить находку в свою собственность, – поясняет Евгения Кондратенко. – По сути, никаких принципиальных изменений новая поправка не принесла, ответственность была всегда, особенного различия в наказаниях нет».

Источник